Загулял

Удаляясь в пятницу с утра на приусадебный участок с целью легкого распития даров солнечной Италии и прогулок босяком по травке, не думал я и не гадал, что все пойдет по иному сценарию и вырвусь я из этого плена только во вторник утром.

Начиналось все чинно, Кьянти, мясные деликатесы и к вечеру философские разговоры и полемика. В момент обсуждения пассионарной теории этногенеза я высказал своей второй половине, ряд постулатов выдвинутых Львом Гумилевым и на общем фоне данной мысли моего согласия с автором статей. Мое мнение было нахальным и безаппеляционным методом высмеяно, я пытался ретироваться, призывал к благоразумию и приводя в пример известные высказывания мастодонтов философии, гнул свою линию. Страсти накалялись. Стали переходить на личности. Мне в пример были выдвинуты смехотворные цитаты из Фихте и Гегеля, чьи труды я презираю, что и стало поворотным моментом дискусии, далее были растоптаны мои чувства по отношению к Самому Шопенгауэру и под финал выдвинут мировой постулат гласящий - ты жизнь мою сгубил, вонючий скунс. Такое надругательство над идеями гностиков расшатали мою нервную систему вконец, а истинные религиозные ценности возопили и перешли в атаку...

Финал не заставил себя долго ждать, прослушав монолог о моей ничтожности и низменности, я был оставлен в гордом одиночестве на приусадебном участке, а вторая половина укатила в город греха, столицу моей Родины на моторе, оставив в моем сердце, осадок недопитого вина смешанный с выхлопными газами укатившего фаэтона. Холодало...

Собрав себя в единое целое и слегка успокоившись я вспомнил три основы пифагорийской школы и отдавая дань отцу основателю, великому Пифагору стал продолжать вечер в компании ирландского виски и звонков по телефону друзьям. Я требовал чтобы эти люди немедленно прибыли за город и продолжили обсуждение пассионарной теории и гендерного различия понимания основ мироздания. Все как один оказались предателями и подонками, нализавшими свиные рыла ромом ( цитата) в городе греха и разврата. Ехать никто не захотел оставив меня на медленное и упоительное общение с вересковым напитком.

На утро, смятение души и раздирающее чувство не реализованной справедливости напомнило мне о старинной русской традиции искать правду и понимание в близ лежащих домах и шалманах. Шалманов в радиусе 10 километров сыскать оказалось не возможным. Посему я пошел наводить знакомства с жителями поселка, способными утолить мой духовный голод. Знакомства прошли на славу, но к сожалению затянули меня в процесс дискуссий на четверо суток, в простонародии именуемой запой. О новых знакомых и результатх диалогов и споров расскажу позднее...