Знойным августовским утром, не предвещавшим бурной жизнедеятельности, ваш покорный слуга, раскачиваясь в кожаном кресле, на рабочем месте, занимался стратегическим планирование своего бизнеса. Говоря простым языком, изображал тюленя выброшенного на берег принимающему солнечные ванны. Мысли текли бурным потоком без направления и замешательств. Город покрываясь испаренной с удивлением обнаруживал отсутствие горячей воды в кранах собственных квартир. Доставали тазики, устанавливали нагреватели привыкшие к благам цивилизации, плавно возвращались к родным истокам, проведение банно-прачечных дней на речке или в отдельно стоящей бане. Испытывая при этом возбуждение от сложившихся трудностей и обнаженных тел. И вдруг…
Звонки по всем телефонам, крики, ор, требование директора на место прошедшей аварии. Дело обычное прорвало трубу с водой в колодце. В середине изношенного объекта, имеющего жалкий вид падения эпох и былой славы, на фоне бойко развивающейся коммерческой деятельности вырос фонтан, которому позавидует не то, что Бахчисарай, а даже фонтан «Дружба народов» на Выставке достижений народного хозяйства. Под общую суету и радость отдельных граждан, созерцающих такое чудо света, как струя воды бьющая из-под асфальта, принялись ликвидировать сложившуюся ситуацию, методом полного отключения водоснабжения от объекта. Прекратив новодел и красоту, собрали стихийное совещание вокруг открытого колодца. После пяти минут сложных объяснений и предположений с использованием технических терминов типа: задвижка, фланец, патрубок и прочее. Совещание стало приобретать человеческий язык, где все эти термины заменили на понятное каждому с детства. Используя слова начинающие на «Б», «Х», «П» и возможные многоэтажные конструкции, стала появляться ясность. Что делать? Сколько это будет стоить? И прочие бытовые вопросы. Но…
В момент практически прекратившихся дебатов, начинает раздаваться нарастающий шум, отдаленно напоминающий прибытие поезда, гениально показанное братьями Люмьер и озвученное наконец-то в наших широтах. Военный совет притих, и весь генеральный штаб стал прислушиваться. Подойдя к соседнему колодцу, установили, что звук исходить из недр и стали открывать люк. Сразу после вскрытия «поезд» стал настолько близок, что чувство самосохранения заставило отпрыгнуть собравшихся на несколько метров от надвигающегося неизвестного.
Свист перерос в свист с бульканьем, далее в скрежет и окружающий нас мир, мощным броском, оросили фекальные воды. Заложенные матушкой природой законы нас не подвели и кроме удивления и парфюмерного аромата, никого не зацепило.
Вот стоим мы семь мужчин, разного возраста от 25 до 75 лет, гогочем во все горло и в тех же тонах начинаем переживать новую проблему.
К слову сказать, несколько лет назад мы занимались чисткой канализации и на момент проведения работ, я и мой помощник, затратили пять дней на попытку понять по какому принципу идут подземные коммуникации и куда все это уходит. Ясно стало только одно, что у нас не какие-то там европы, что у нас после 17 года двадцатого века, пришедшие к власти большевики создали специальный отдел НКВД, который занимался созданием карт и планов, кардинально отличающийся от действительности, а далее, на все это накладывались еще и прокладка труб, дорог и прочего, в корне отличающееся, даже от планов спец. служб. Нам, по наивности и отсутствия положенного образования, казалось, что канализационная труба пришедшия из соседнего объекта, должна пройти насквозь и выйти к следующим соседям. Не тут то было, приходить то она приходит, далее начинает петлять, несколько раз заворачивает в обратном направлении, имеет ответвления приходящие в тупики и уходят в неизвестном направлении.
Команда по экстренному реагирования стала буйно обсуждать проблему и каждый, в обязательном порядке говорил одну и ту же фразу: «Я б… говорил, надо б… варить, а то е…т». И так несколько раз по кругу. Выговорившись, успокоившись, стали строить планы ремонта. В это ключевой момент к нашей группе стал приближаться мужик. Обычный мужичонка, одетый в шорты-трусы, майку алкоголичку, не сходящуюся на подвесном баке и подчеркивающую его несравненный пупок, обутый в сандалии, естественно в носках – стандартный вид водителя автомобиля «Газель». В руках он нес пустую двух литровую бутылку. Подойдя ближе стал расплываться в улыбке святого или слабоумного, вращая светлыми, без осмысления, глазами в разные стороны произнес: «Это, ага, мне бы водички набрать, ну, это, для машины, водички, а».
Работающий у меня механик воспринял это явление как издевательство лично над ним и более того надругательство над всей его семьей, сжав кулаками и стиснув зубы пошел в штыковую на просителя. Успев остановить работника, я подошел к водителю и отведя его на несколько шагов от группы разъяренных работников, стал вежливо пояснять, дескать посмотрите, стоим тут в огромной луже и непросто в луже, а весьма вонючей, дескать воду отключили, авария у нас и прочее… Мужик, не переставая улыбаться с пониманием в пустых очах кивал мне в ответ. Договорив, я пожелал ему удачи в пути, развернулся и пошел к работникам для дальнейшего принятия коллективного решения. И только я открыл рот для озвучивания волевого решения и установлении плана действий, почувствовал сверлящий взгляд в затылок. Оборачиваюсь, стоит тот же проситель, с той же бутылкой и молвит: «Э-э-э это, все понятно, но это, ага, мне водички, для машины, чистой бы, водички…».
На этот раз, сдерживать механика я не стал. Он молча взял просителя за майку и оттащив на безопасное расстояние, на старо славянском языке, быстро объяснил водителю, куда ему идти, где он нальет водицы и что будет если он станет пренебрегать его советами.
Трубу починили, воду пустили, и текут теперь реки как надо и куда надо каналы впадают.
Комментариев нет:
Отправить комментарий